- А если бухгалтер заболел, то кто декларацию будет сдавать?
- В электронном виде может и больной отправить.
- А если нет такой возможности?
- Тогда на кого-то другого надо доверенность оформлять.
- Но бухгалтер болеет и не может доверенность оформить.
- Тогда директор пусть оформит.
- Сейчас грипп, и директор тоже болеет.
- Ну, если ни директор, ни бухгалтер ничего сделать не могут, то тогда ровно через один день налоговики закроют все ваши счета, а потом придут и изнасилуют вашу контору во всех возможных позах, и после этого ни директор, ни бухгалтер никогда в жизни даже кашлять не будут.
- Что, правда, что ли?
- Абсолютно.
- Да уж. Вот в Таджикистане с этим делом хорошо. Можно не сдавать декларацию, а потом прийти и спокойно договориться. Да и заплатить налоги можно потом.
- А вот в Алматы так нельзя.
- Да, в Алматы всё очень жёстко и строго. Все иностранцы жалуются.
- Я вот думаю, что где-нибудь в Шымкенте или в Актюбинске можно договориться.
- Точно, в Актюбинске, наверное, можно. В райцентрах, я думаю, точно можно.
- Да, в райцентрах можно, и в Актюбинске можно, и в Таджикистане можно, и в Америке можно, везде в мире можно. А вот в Алматы НЕЛЬЗЯ!
Мысли с метками Таджикистан
Налоговики Алматы
Торговцы
В Таджикистане я почувствовал разницу между, так сказать, школами торговли. Одно дело, Казахстан, где большая часть сделок проходит через офис, с накладными, доверенностями и расчётными счетами. Совсем другое дело Таджикистан, где налоговое законодательство не позволяет торговать официально, да и сама культура торговли выросла из базара. Итак, два варианта, первый – это как я торгую металлом в Таджикистане, второй – как надо торговать металлом в Таджикистане.
- Это ваш металл?
- Да.
- Почём метр?
- 35 сомони за метр.
- Эээ, дорого.
- Такая цена.
- Давай дешевле.
- Нет.
- Много возьму.
- Сколько?
- Сто метров.
- Это не много.
- А сколько много?
- 1000 метров – много.
- А сто мало, да?
- Вы будете покупать или нет?
- Нет, до свидания.
- До свидания.
- Это ваш металл?
- Да, сколько вам надо?
- Почём метр?
- Только для Вас 35 сомони за метр.
- Эээ, дорого.
- Не могу дешевле! Клянусь не могу. Хотел бы дешевле, но не могу. Клянусь! Савганд ба чони хафт миллион фарзанди точикистони! Сколько вам надо?
- Давай дешевле.
- Очень хочу сам дешевле продавать, но не могу. Сколько вам надо?
- Ээээ, сто метров.
- 350 сомонов.
- Давай дешевле.
- Ладно 345. Клянусь, дешевле не могу.
- Ладно, давай.
Суверенитет
В начале этого года я читал политические прогнозы на кризисное время. И, помнится, меня сильно поразила фраза – «Киргизия и Таджикистан могут лишиться части своего суверенитета». Во-первых, крайне неприятен такой сценарий для столь близких мне государств, а во-вторых, удивила сама возможность именно частичной потери суверенитета. Как такое может быть? Частично суверенное государство?
Проходит какое-то время, и власти Таджикистана вначале призывают население покупать энергосберегающие лампочки, а затем уже фактически насильно заставляют людей делать это. Эта и ещё ряд подобных акций (запрет на праздники, к примеру) в прессе называли «распиской властей в собственном бессилии». Я полностью согласен с такой формулировкой. Если вглядеться в подоплёку принимаемых властью решений, то налицо именно невозможность управления страной действующей властью. Но если власть страны не способна управлять своей страной, то это значит, что она будет вынуждена привлекать к управлению некие внешние силы. Что и есть частичная потеря суверенитета.
Но ведь Киргизия и Таджикистан не есть такие уникальности на этой планете, и частичная потеря суверенитета этими странами не есть первый случай в истории. А это значит, что в той или иной степени все страны на планете лишены части своего суверенитета. Афганистан и Ирак, к примеру, на карте обозначены как суверенные государства, на деле же их суверенитет контролируется дядюшкой Сэмом. (В моём советском детстве Намибия на картах обозначалась как независимая, но оккупированная ЮАР, территория). Кто-то в большей, а кто-то в меньшей степени лишён суверенитета. Фактически суверенитет не есть абсолютная, а очень даже относительная величина. Можно сколь угодно ярко праздновать День Независимости, и не осознавать, что это фикция. Цирк. День Независимости. Скажем, Южной Осетии. Цирк же? Наверняка у ООН есть какой-нибудь индекс суверенности государства. У той же Южной Осетии он должен быть принят за 0. А, скажем, у сегодняшних США суверенитет можно считать близким к абсолюту и принять его за 100. Каждая страна на такой линейке имеет своё место. Афганистан – 5 баллов. Киргизия – 50 баллов. Киргизия после базы Ганси – 40 баллов. Киргизия после базы в Канте – 35 баллов. Киргизия после решения об ещё одной российской базе – 25 баллов. Вот это и называется потеря суверенитета.
Все гордятся своей «бумажной» Независимостью. Но есть ли она на деле?
Случаи из жизни. Скромность.
Таджикистан. Еду как-то из Куляба в Душанбе. Ночь уже. Темно. Машин не так много, но я попал в такой табунок, который двигается довольно медленно. Мне бы обогнать его и скорость прибавить, но нельзя – впереди пост. Едем-едем, а поста всё нет и нет. Езда еле-еле уже начинает подзадалбывать. Но табунок скорость не прибавляет, все едут километров пятьдесят в час и не более. Я уже начинаю думать, что в темноте мы как-то незаметно дружно пост-то и проехали. Едем-едем. Я уже почти убеждён в том, что пост позади, уже практически уверен в этом. И начинаю обгон. И – бабах – прямо перед постом. Меня тут же тормозят, я останавливаюсь и начинаю собирать все документы. В Казахстане надо показывать гаишникам четыре документа (если без доверенности) – права, техпаспорт, техосмотр и страховку. А в Таджикистане помимо этих документов нужны ещё штук пять или шесть других обязательных бумажек. То есть, гаишнику показываешь целую книжку документов. Я приготовил эту книжку и вложил в нее 10 сомонов. Я знал, что с меня 100% будут требовать деньги, и для ускорения разговора с гаишником и исключения процесса изнасилования мозгов, сам заранее финансово признал свою неправоту. Я выхожу в темноте из машины и подхожу к таджикскому гаишнику. Гаишник берёт мои документы, и тут выясняется, что, пока я собирал книжку с документами, этот гаишник, который меня тормознул, уже успел подзабыть моё нарушение (времени прошло минут, наверное, пять). Гаишник просматривает все документы и вдруг обнаруживает деньги. Он смотрит на них и спрашивает:
- Что это?
Я: – Деньги.
Гаишник: – А откуда они здесь?
Я: – Я их положил.
Гаишник: – А зачем?
Я: – Ну как зачем. Я совершил обгон прямо перед постом.
Гаишник (очень скромно): – А можно я возьму эти деньги?
Я: – Безусловно.
Гаишник: – Спасибо. До свидания.
Я: – До свидания.
Я сейчас вспоминаю милую интонацию, с которой гаишник попросил разрешения взять деньги, и мне становится весело.
Случаи из жизни. География.
Работая в Душанбе, получали термопластавтомат из Китая. Вместе с пресс-формой, дробилкой, податчиком и всем остальным, что было положено. Долго, правда, всё шло. Не так, как запланировали. Ну, да и путь из Китая в Таджикистан неблизкий, хоть страны и граничат между собой, но доставлять оборудование пришлось транзитом через Казахстан, Узбекистан и даже через кусочек Туркменистана. Растаможивали тоже долго, в том числе и потому, что контракт между Китаем и Таджикистаном, а плательщик из Казахстана. Ну, да ладно, разобрались, растаможили, всё оборудование выставили (а это тоже непросто – всего 30 тонн, и один только ТПА 22 тонны) и ждём наладчиков из Китая. Перед приездом наладчика (запамятовал, как его зовут, вроде бы Томи) меня предупредили, что он ни бельмеса не только по-русски-казахски-таджикски-английски (то есть на знакомых нам языках), но и по-китайски тоже. Вроде как говорит он лишь на южно-китайском языке. В общем, oops! …подробнее →

(6 votes, average: 4.67 out of 5)