Мысли с метками ребёнок

Есть такая восточная мудрость о воспитании ребёнка – «С ребёнком до 5 лет – как с богом, до 15 лет – как с рабом, после 15 – как с равным». Сказано хорошо и похоже на правду. Бытовая реализация этой мудрости обществом наглядно демонстрируется в автобусах. Детям до 5 лет все уступают место. До 15 лет ребёнок вынужден стоять при любых обстоятельствах (ну, разве если только автобус совсем пустой будет). После 15-летия всё зависит уже от его персональной наглости. И этим он уже ничем не отличается от взрослых.

Когда-то, будучи ещё глубоко молодым, я остался один на один со своим ребёнком. Я должен был уложить его спать. Я ходил по комнате, качал сыночка на руках, пел ему песни «Аквариума» и «Кино». Но он никак не хотел засыпать. В таких ситуациях мужчина чаще всего не делает вообще ничего, он просто ждёт, когда придёт мать, и он с чистой совестью передаст ей эстафету, и при этом будет считать свой долг выполненным. Я в принципе вёл себя как настоящий мужчина – носил ребёнка на руках, периодически поглядывая на часы. Однако в какой-то момент я вдруг подумал, что очень часто (почти всегда) человек склонен сбросить с себя ответственность на кого-то другого. Не только в воспитании детей, но и глобально. И тогда я понял, что надо вести себя по отношению к собственным обязанностям так, как будто в этом мире нет больше никого, кто может за тебя твои дела сделать. Я вдруг осознал, что никто кроме меня моего сына уложить не сможет. И тогда я перестал поглядывать на часы, а мой сыночек спокойно уснул. Позже, глядя на матерей-одиночек, я увидел, что это их жизненное кредо – «Никто за тебя этого не сделает». Матери-одиночки тянут свою лямку сами, не ожидая от кого-то помощи. Если она что-то не сделает, то никто в этом мире вместо неё это делать не будет. С точки зрения современного молодого безответственного повесы подобная жизненная позиция – есть излишняя нагрузка. И я современных повес понимаю. Я сам был таким.

По всему городу стайки хищных грифов расселись по табуреткам. Хищники малоподвижны, но зато обладают острым зрением и слухом. Стоит на горизонте появиться ребёнку лет эдак поменьше семи, да ещё и с родителем, то грифы начинают медленное движение. Чаще всего двигается одна лишь кисть, или даже один-единственный палец начинает давить на курок пистолета. И разноцветные и разноразмерные мыльные пузыри, играя на солнце, летят в сторону ребёнка. Хищный взгляд грифа зорко следит за ребёнком. Вот ребёнок проявил заинтересованность, не отрывая взгляда от пузырей, он рукой ищет материнский подол. Гриф ещё раз жмет на гашетку. Пузыри опять разлетаются. Ребенок поднимает вопросительный взгляд на мать, но получает от неё жесткий отказ. Ну и ладно, не очень-то и хотелось, их, этих пекалей, дома штук пять валяется. Но тут у другого грифа как бы невзначай из руки падает бакуган.  Падает на карту. И с щелчком раскрывается. Гриф хищно глядит на жертву. Жертва уже даже не смотрит на мать, жертва идёт к бакугану. Ну как можно пройти мимо бакугана? Ну и фиг с ним, что дома их уже десятка полтора, ведь именно вот такого ещё нет. Гриф, не мигая, глядит на мальчика. Отошедшая на десять шагов мать вдруг обнаруживает отсутствие отпрыска. Секундная паника. Нахмуренные брови. Ах, вот он где! Какой бакуган? У тебя уже есть такой. Ну пусть не такой, но похожий. Хорошо, но не сейчас. Мы сюда пришли не за этим, мы пришли на животных поглядеть. Хорошо, куплю завтра на барахолке. Ну хорошо-хорошо, только не ной. Сколько стоит? Хлоп! Ловушка закрылась, потому как последний вопрос обращен уже к грифу. И хищник, совершеннейше уверенный в себе, называет круглую как земной шарик цену. И мать нехотя открывает кошелек. Сто тенге, двести тенге, пятьсот, семьсот, тысяча двести. Вроде бы как и невеликие деньги. Тот, кто так думает, явно недооценивает инвестиционный потенциал детей до 7 лет. А он поистине безграничен. Хищные грифы – лишь конечное звено цепочки, знающей реальное положение вещей. Тот, кто знает потенциальные финансовые возможности детей, время от времени запускает в мир нечто. Нечто на первый взгляд совершенно абстрактное, непонятное, нерациональное, бессмысленное. Нечто из параллельного мира. И это нечто начинает приносить баснословные барыши всей пищевой цепочке. Черепашки-нинзя, киндерсюрпризы, покемоны, наклейки, трансформеры, и, наконец, торжество абсурда – бакуганы!