В начале этого года многие компании провели сокращение штатов. Сокращали штатные единицы, а потом увольняли людей. Увольнение всегда даётся нелегко. Возникает непростая человеческая ситуация из-за того, что на поверхность всплывает проблема «кого уволить?». Непросто выделить тех, кого следует сократить, важно же ещё и сохранить работоспособность компании.
В голову пришло абсолютно нереальное, но интересное с точки зрения логики решение. Вначале следует объявить о существенном понижении заработной платы. Скажем, процентов на пятьдесят. И сказать, что если кого-то такое положение не устраивает, то недовольный может уволиться. Потом собрать заявления от тех, кто желает уйти. А после этого сократить не тех, кто хочет уволиться, а тех, кто согласен остаться. А зарплату оставить в прежнем состоянии или даже немного приподнять за счёт сокращения. Логика (если она есть) такова – те, кто пожелает уйти, не боятся потерять работу, потому что они хотят и умеют работать, а значит, верят в то, что найдут работу с достойным вознаграждением своего труда. А среди тех, кто согласен на понижение заработной платы, в значительной степени присутствует лишний балласт.
Мысли с метками работа
Кризисное решение
Случаи из жизни. Колбаса.
Как-то давно мы с другом дежурили ночью на работе. Ну, понятное дело, решили на ночь набрать чего-нибудь поесть. К чаю. Ночью же ничего готовить себе никто не будет. Тем более два мужика. Вот мы и пошли в Универсам. Идём себе, болтаем о том, о сём. Всё больше о деле, которое только что начали. А Универсам тогда был в промежуточном состоянии. Самообслуживание уже отменили, но разбивку по мелким секциям ещё не сделали. Внутри было чуть ли не как на базаре. Кто-то молочное продаёт, кто-то – спиртное, кто-то – колбасу. Вот одна из девушек как раз колбасой и торговала. Стол, или два стола, на которых стоят весы, тут же разложена всякая-разная колбаса. Мы стоим в очереди, болтаем. К покупке колбасы относимся как к дополнительной процедуре. Возникающие по этой дополнительной процедуре вопросы решаем оперативно без излишнего обсуждения. – Ну, что, какую будем брать? – Давай варёную.- ОК. Девушка. Вот эту варёную. – Сколько? - Ну, давайте половину палочки. Девушка отрезает половину палки колбасы, взвешивает её, называет нам цену, мы платим и уходим. Бродим ещё какое-то время по магазину, набираем чай, хлеб, масло и идём на работу. И всё это время что-то обсуждаем. Где-то на полпути к работе мой взгляд падает на руки моего приятеля – он держит в руке полпалки колбасы. Всё нормально. Но и я держу в руке полпалки колбасы! Девушка разрезала палку колбасы пополам. Потом взвесила половину. Мы заплатили. А потом один взял одну половину, а другой другую. И мы благополучно ушли!
Когда мы вернулись и отдали одну из половин, то нам было очень смешно, а вот девушка-продавщица лишь немного улыбнулась – она просто ещё не ощутила пропажу.
Письмо ирриденты
В прессе появилось открытое письмо китайских казахов президенту Казахстана. Письмо-обращение содержит ряд вопросов, просьб и предложений. Если читать это письмо в отрыве от своей жизни, то всё вроде бы как логично и появляется желание поддержать единокровных братьев-казахов в Китае, помочь им, дать какие-то возможности для переезда в Казахстан.
Но если же посмотреть на свою собственную жизнь внутри Казахстана, то всё становится не таким уж и однозначным
- Мой опыт. На своём опыте могу сказать, что оралманы, или как пишут в обращении китайские казахи «представители ирриденты», по сути своей – главные противники неказахов (или, правильнее говоря, казахстанцев неказахского происхождения). Оралманы приезжают в Казахстан в надежде увидеть страну казахов, а видят интернациональное государство. И определённая часть оралманов начинает с этим бороться. Говорю про это со всей уверенностью, потому что у меня были рабочие-оралманы. Проводя постоянную непрерывную агитацию против русских, мой рабочий-оралман никоим образом не смотрел на то, хорошо это для компании или плохо, ему было на это наплевать, он решал свои личные проблемы. Также в масштабе страны, оралманы в ущерб государству пытаются решить исключительно личные проблемы. В своем письме китайские казахи просят президента добиться полного перевода делопроизводства на казахский язык. Это однозначно неприемлемо во многих регионах Казахстана. Оралманы выживают неказахов. Утрированно говоря – каждый приехавший оралман – это два уехавших неказаха. Нужно ли это государству?
- За что? Один мой рабочий-казах, уроженец Алматинской области, в личной беседе высказал такое мнение – «Почему оралманам дают землю, скот, дом, деньги, а мне не дают. Чем оралманы лучше меня? Почему политика государства такова, что какому-то приезжему, приехавшему непонятно зачем, непонятно что умеющему делать, в конце концов, непонятно за что даются все блага, а вот мне совершенно понятному, имеющему средне-техническое образование, опыт работы, и не собирающемуся никуда уезжать, ничего этого не дается?» Разве нет логики в его словах? …подробнее →
Протестный потенциал
1. На улицах почти что разгул преступности. Вопрос – откуда появились уличные воры? Год назад их было меньше, а два года назад, во время подъёма экономики, их не было почти совсем. Откуда они взялись? Несложно предположить, что нынешние нарушители морали (и закона) – это вчерашние пролетарии, потерявшие работу. А это значит, что принципиально они не были склонны к преступлению морали, что всё-таки они предпочитали зарабатывать на жизнь честным путем, что всё-таки они не хотят воровать. Но остается вопрос – сейчас, привыкнув к лёгким деньгам и безнаказанности, захотят ли они завтра вернуться к тяжёлому, но честному труду?
2. Внутренний протестный потенциал общества в лице потерявших работу «агрессивных номадов» направлен сейчас против …подробнее →
Террариум единомышленников (типажи банковских структур)

dvarulona.ru
Лидер броуновского движения. Характерные имена – Нурлан, Марат, Айдар, но чаще всего Аскар. Активный участник всех бизнес-процессов. Чудовищно энергичен. Быстро выбирается из болота в среднее управленческое звено, да так там и застревает. Часть подчиненных заряжается его хаотической энергией, но, не выдержав нечеловеческих нагрузок, быстро попадает в психушку. Другая часть приспосабливается, часто пропуская круги, которые энергичный руководитель накручивает как зайчик-энерджайзер. Выбранный темп (пять кругов шефа – один круг подчиненного) в принципе единственная возможность работать с таким человеком. Одевается модно, но неряшливо. Уживается со всеми, ни с кем не …подробнее →
Ремесло и навыки
Ремесло нас кормит, а навыки подкармливают. Подработка, как неосновной заработок, пришла к нам вместе с рынком. Или даже не вместе с рынком, а вместе с людьми «оттуда», для которых подработка – обычное и вполне нормальное явление. Попавшие к нам иностранцы, нимало не смущаясь, зарабатывали деньги преподаванием английского языка. Курсы открывали и открывают даже те, у кого никакого лингвистического образования нет и не было. Но следует признать, что на подобных курсах живое общение с носителями языка подчас давало больше толку, чем длительная зубрёжка многочисленных времен и падежей. Кроме английского языка иностранцы преподают ушу и йогу, обучают медитации и игре на банджо, учат …подробнее →
Трёхчасовые сутки
«Счастье это когда торопишься с работы домой, а из дома на работу». Сколько сейчас молодых ребят, которые не торопятся ни на работу, ни домой. Жизнь их кипит с 20.00 до 23.00 в каком-нибудь кабаке или боулинге или бильярде. Потом – без желания – домой, а утром – еле-еле продрав глаза – на работу. Работа как каторга, досидеть бы до вечера. Вот такая жизнь – трехчасовые сутки.

