Один хороший парень на ювижне скопипастил текст из «Эсквайра», который другой хороший парень насобирал по первоисточникам. А может, тоже откуда-то скопипастил, но это неважно, потому как эти хорошие парни дали мне возможность почитать мудрости индейских вождей XIX века. Пока я читал эти мудрости, за моей спиной появилась жена, которая, увидев изображение индейца, сказала – «Ой ,как на родню твою похож». Я задумался. Во-первых, и вправду на мою родню похож. А, во-вторых… Вот читаю я мудрости индейских вождей, и вижу, что мудрости эти просты как мир. Они просты настолько, что высказать их мог бы любой. Скажи эти мудрости я, то никто их как мудрости и не воспринял бы. Одни и те же слова, сказанные разными людьми, либо воспримутся как догма, либо вызовут полемику. Мудрость сказанных слов определяется не только смыслом сказанного, но и авторитетом сказавшего. У индейского вождя XIX века и у простого казаха XXI века авторитет априорно совершенно разный, отсюда и разное восприятие сказанных ими слов.
Ещё в голову пришла мысль о пророках в свом отечестве. Отчего же кому-нибудь не покопаться в источниках, да и не вытащить из них мудрости степных биев, да и вождей тоже. Цокаем языками, читая высказывания индейцев, а про своих вспомнить даже и в мыслях нет. А ведь не глупее поди были наши бии. Да вот только никто такую выборку сделать не захочет. Лень, наверное, да и скепсис изначальный присутствует.
А в конце, чтобы было понятно, о чём шла речь, моя выборка – то, что задело…
Когда будет срублено последнее дерево, когда будет отравлена последняя река, когда будет поймана последняя птица, — только тогда вы поймёте, что деньги нельзя есть.
Не нужно много слов, чтобы сказать правду.
Люби землю. Она не унаследована тобой у твоих родителей, она одолжена тобой у твоих детей.
Великий Дух несовершенен. У него есть светлая сторона и тёмная. Иногда тёмная сторона даёт нам больше знаний, чем светлая.
Когда умирает легенда, и пропадает мечта, в мире не остаётся величия.
Правда — это то, во что люди верят.
Пусть мой враг будет силён и страшен. Если я поборю его, я не буду чувствовать стыда.

Слова имеют более жёсткие рамки, чем понятия, которые эти слова обозначают. Написанное на бумажке слово обозначает абсолютное понятие, к примеру, «правда» или «ложь». С очень жёсткими рамками – если не «правда», значит «ложь». Но жизнь наша богата на «полуложь» и на «почти правду». Слова гораздо жёстче, чем жизнь. Что позволяет рождать афоризмы типа «Не может быть полудемократии, демократия она или есть, или её нет!» Звучит красиво, особенно с кучей восклицательных знаков. Ну, а по факту, полудемократия бывает ещё как, сплошь и рядом. Слова как государственные границы. Я как-то случайно ушёл пешком в Россию, просто не заметил вбитых в землю колышков. Я вышел из Казахстана и ушёл в Россию, но ничего не заметил, потому что вокруг ничего не изменилось. Так и слова. Ты выходишь из слова, но всё ещё находишься в понятии, которое это слово означает. Слова дискретны и жёстко отграничены, а в жизни переходы плавнее и рамок почти нет.
Глаза. Глаза дают больше информации, чем остальные органы чувств, вместе взятые. Дети, когда их купают, больше всего напрягаются из-за мытья головы, при котором они вынуждены закрывать глаза, и на время теряют возможность видеть окружающий мир.
Дети бывают разные. Груднички – это дети, тинейджеры – это тоже дети. «От двух до пяти» – это Корней Чуковский. Это классика. Это дети, которые почти всех умиляют. От 13 и старше – это уже почти взрослые, но все же ещё дети. И они уже почти всех раздражают. И те, что умиляют, и те, что раздражают, как-то охвачены родительским интересом, и от того заметны. А вот дети от 6 до 12 живут какой-то своей малозаметной жизнью. Незаметные дети. У этих незаметных детей формируются понятия о понятиях, понятия о существительных, за которыми не стоит понимание предмета. Дети интуитивно осознают, что такое «правда», «честность», «жадность», но объяснить этого не могут. Не могут как-то сформулировать эти понятия и пытаются привести примеры событий, которые каким-то образом связаны с этими понятиями. Или же примеры действий (поступков), которые опять-таки связаны или характеризуют абстрактные понятия. «Справедливость – это когда вот так…», «честность – это когда кто-то делает так-то…» Примеры приводятся, чаще всего эти примеры схожи между собой. Но сами понятия дети формулируют в своих головах и сердцах каждый по-своему. И поэтому у всех детей, а значит, и у всех взрослых, понятия о правде, справедливости свои. У каждого своя справедливость, честность, правда, красота.
Поиск правды – это поиск правого. Поиск правого – это поиск виновного. Поиск виновного чаще всего подразумевает в каком-то виде его наказание. В поиске правды всегда кто-то страдает.
Играя с детьми, я предложил им давать описания каких-либо имен существительных, причем они должны были описывать существительное до тех пор, пока второй играющий не отгадает его. С предметами и явлениями особых проблем не возникало, а вот с понятиями возникли не то что проблемы, игра просто остановилась. Никто из детей не смог описать такие всем известные слова, как «справедливость» и «правда». Думаю, что очень многие из взрослых интуитивно понимая, что есть суть «справедливость», не смогут описать это понятие. А те немногие, что смогут, покажут собственное персональное отношение к этому понятию. И эти персональные объяснения показывают, что каждый по-своему понимает справедливость и правду. У каждого своя справедливость и своя правда. Но если у каждого своя правда, то правды, в общем получается, что и нет. Как нет в мире и справедливости.