Мысли с метками наука

Существуют науки стыковые, находящиеся на границе между двумя основными, материнскими. Биохимия, к примеру, или астрофизика. Если бы коммерческая реклама была наукой (а она по существу и есть наука со своими теориями и законами), то её следовало бы называть психоэкономикой, потому как находится она на границе психологии и экономики. От экономики в ней присутствует главная задача – вытащить из человека деньги, а всё остальное – это психология. В Таджикистане я дал рекламу в местную еженедельную популярную газету с тиражом в 10 000 экземпляров. Рекламный блок я отхватил большой по казахским меркам – на полстраницы, картинка была хороша и заметна, и я ждал активной реакции потенциальных покупателей. На досуге я решил посчитать, сколько же клиентов у меня будет («стены воздушных замков украшали шкуры неубитых медведей»). Законов рекламных я толком не знаю, но где-то слышал, что на специфический товар целевая аудитория измеряется в процентах, не в десятках процентов, а в единицах, то есть 2%, 5%, 7%. Я посчитал, что если по рекламе позвонит 2% от всех читателей газеты, а из всех позвонивших хотя бы четверть – это мои реальные клиенты, то это для меня более чем хороший результат. Итого я ждал 200 звонков и 50 клиентов. Реальность оказалось такова – 5 звонков за неделю, из них один – это прямой конкурент, два – рекламные агентства, предложившие свои услуги. То есть, поллиста рекламы дали мне за неделю два выстрела, оба из которых были холостыми. Позже мне сказали, что в Таджикистане считается, что хороший товар в рекламе не нуждается, а реклама, наоборот, говорит о том, что товар не продаётся, а значит у него плохое качество. Таким образом, не зная специфики общества, я глупо попытался использовать, казалось бы, действенные рекламные ходы. Таджикистан – это, конечно, случай уникальный, но ведь логика в рассуждениях таджикского обывателя есть.

Реклама – это желание вытащить из тебя деньги. Это первое и самое главное. Второе, реклама – это желание всучить тебе то, что тебе не всегда нужно. А очень часто то, что тебе совершенно не нужно, без чего ты совершенно спокойно можешь прожить. Разве не так? Я могу жить без пива, сигарет, прокладок, сникерсов, депозитов, сотовой связи, кинофильмов, телепередач, орбита без сахара, всегда кока-колы и прочая, и прочая. Без всего того, что рекламируется, я могу жить. И более того, не только я, но и всё человечество совершенно спокойно можем прожить без сникерсов и депозитов. Но нас заманивают, нас завлекают. И чем меньше нам нужно то, что рекламируется, тем навязчивей кажется реклама. Реклама начинает раздражать именно своей агрессивной навязчивостью. А раздражение есть подсознательное понимание искусственности рекламы. Таджикский обыватель прав в том, что, не веря в искренность рекламы, он отвергает её законы. Законы действуют до тех пор, пока в них есть вера. Избитость рекламных ходов порождает скепсис, и – соответственно – бездейственность рекламы. Я не очень верю в скидки 70%, в листовки на улицах. Хотя, возможно, увидев их впервые, я бы и попался на крючок. Чем более избит рекламный ход, тем менее он эффективен. Вероятно, это все понимают, и может быть, я своим скудным умишком в очередной раз допёр до прописных истин рекламного бизнеса. Вполне возможно, что это так. Только почему же тогда армия рекламных работников не придумывает ничего свеженького. Не в плане оригинальной картинки, а в плане новой действенной идеи. Идей новаторских нет, все пытаются что-то изобретать в рамках рекламных законов, которые уже почти не действуют.

Существует четыре формы биологического движения. Каждой из этих форм соответствует определённое жизненное пространство.

Самая простая форма движения – это рефлекторное движение. Рефлекторное движение – это движение одномерного пространства. То есть, движение по одной прямой – от плохого к хорошему. В таких одномерных мирах существуют примитивные формы живых существ. К примеру, дождевые черви. Вся их жизнь – это движение по одной прямой – от тёмного к светлому, от холодного к тёплому. Они существуют на прямой. Существуя в пространствах большей мерности, нельзя судить о низших пространствах со своей колокольни. Это схоже с рассуждениями о примитиве древнего мира с точки зрения современного технократического человека. То, что мы видим движение червя в трёхмерном мире, вовсе не означает, что червь ощущает себя в таком же пространстве. Более того, он об этом понятия не имеет, потому что у него только одна форма движения – рефлекторная, он живёт лишь рефлексами.

Вторая форма движения – инстинктивная. Инстинкты есть у высших животных. Инстинктивные движения добавляют ещё один вектор пространства – собаки, кошки и иже с ними существуют уже в двухмерном мире. Нам, постоянно общающимся с птицами и животными, кажется, что их мир такой же, как и у нас. Но это не так. Кошки и собаки живут на плоскости. И даже птичий мир – и тот абсолютно плоский. Даже у высших животных нет образного мышления, они не могут обобщать, они не группируют все деревья в один образ некоего абстрактного дерева, для них каждое дерево – уникальный объект. Для получения возможности образного мышления требуется ещё один вектор пространства. Трёхмерное пространство – уход от плоских таблиц классификаций, трёхмерное пространство получено благодаря третьей форме движения – сознательному движению.

У человека есть все описанные выше формы движения. Поэтому мы ощущаем себя живущими в трёхмерном мире, что означает – в нашем сознании мир трёхмерен. И более того, нам кажется, что все живые существа должны ощущать этот мир таким же. Инстинктивные движения собак кажутся нам понятными и близкими, потому что мы тоже обладаем инстинктами. И сходство это заставляет иногда забывать про то, что у животных нет сознания. Вместе с тем есть примеры поведения животных, которые трудно отнести лишь к чистым инстинктам. Поведение некоторых индивидуумов животного мира ставят под сомнение теории исключительности человека как разумного существа. В этом случае как, мне кажется, животные выходят за пределы своего двухмерного пространства и начинают видеть мир таким же, каким его видим мы – трёхмерным. У них появляется сознательное движение. Возможно, что это так. Это мое личное мнение.

Есть ещё четвертая форма движение – интуитивная. Люди, обладающие возможностью интуитивного движения, существуют в четырёхмерном пространстве (или, иначе говоря, в их сознании мир четырёхмерен). Они видят мир совсем не таким, каким его видит большинство людей. Эти люди видят наши перемещения в 4D, тогда как мы себя ощущаем лишь в 3D. То есть, примерно как мы видим червей с их одномерным миром. А уровень понимания между этими людьми и остальным человечеством – примерно как между человеком и собакой. Всё логично и потому доступно пониманию учёных. Апологетам науки, казалось бы, самое то взламывать пространственные формы, но апологеты науки не воспринимают пространства, отличные от трёхмерного. Потому что четвёртый вектор – это время. А время по современной науке – незыблемо.

Сегодня мне снился Таджикистан. Я проснулся и задумался – к чему бы это? Три года назад мне несколько ночей подряд снились совы. Тогда я взял фотоаппарат и стал ходить по городу, разглядывая нижние, параллельные земле, ветки деревьев. И я нашёл сову. Правда не большую неясыть, которая мне снилась, а маленькую сплюшку. Но всё-таки я нашел сову.

В 1996 (или 97-м) году мы с другом были в командировке в Усть-Каменогорске. Долго были, наверное, больше месяца. И каждое утро, проснувшись, я рассказывал свои сны. Каждое утро! Однажды мне приснилось, что я сижу в Джамбуле, и мне нужно вытолкать на рудоуправления серную кислоту. Я сижу уже неделю и жду подтверждения от рудников о том, что они готовы принять вагоны с кислотой. Я просыпаюсь и рассказываю про этот абсурдный сон своему другу. Он спрашивает, а в чём абсурдность сна. А я отвечаю, что Джамбул не производит серную кислоту. История эта забылась. Проходит несколько месяцев, меня вызывает шеф и говорит, что сегодня вечером я должен быть в Джамбуле. Я спрашиваю – зачем. Шеф говорит, что Суперфосфатный встал, и те вагоны, которые туда отправлял Казцинк, просто заполнили станцию Чайкурук. Моя задача поехать в Джамбул и вытолкать эти вагоны на наши рудники. В тот же вечер я вылетел в Джамбул, утром был на Суперфосфатном, где и выяснилось, что требуется подтверждение рудников. Казцинковцы выехали на рудники, а я на неделю завис в Джамбуле. Где-то на третий день я вспоминаю, что мне всё это снилось. …подробнее →