Thinking the World
В выходные ходили семьей в зоопарк. Насмотрелись на людей. Животные интересны, но люди интереснее.
У старшеклассниц волосы длинней, чем ноги. У женщин в возрасте – короче, чем пальцы.
Мисс Летний Математический Лагерь – весьма сомнительно звучащий титул.
(5 votes, average: 5.00 out of 5)
Loading ...
На островах не то Индонезии, не то Микронезии ученые откопали останки необычных питекантропов. Эти первобытные люди были очень маленького роста (около метра) и с маленьким объёмом головного мозга. Есть предположение, что какая-то мутация привела всю популяцию этих островных людей к дебилизму, а карликовость была то ли следствием, то ли сопутствующим признаком слабоумия. Все существа этой колонии были дебилами, что не помешало их обществу существовать какое-то, судя по всему, продолжительное, время.
Углублённый взгляд на наше общество позволяет увидеть его несовершенство практически во всём. Всё у нас несовершенно – и законодательство, и самоуправление, и медицина, и производство, и образование. Иногда думаешь «ну, как так, нами управляют совсем не те люди, которых мы бы хотели видеть своими руководителями». Или «Боже мой, куда катится наша система образования». И кажется, что крах не за горами. Но ничего катастрофического не происходит. Общество существует, и ничего с ним не делается. И, если посмотреть на пример, пусть и примитивного, общества карликовых питекантропов, то становится очевидным, что даже уж совсем несовершенное общество будет существовать. И даже не вопреки.
(9 votes, average: 5.00 out of 5) Loading ...
В 70-х годах один известный биолог (если я не ошибаюсь, Фирсов) проводил эксперимент, воспитывая своего собственного ребёнка вместе с детёнышем шимпанзе. И он обнаружил, что до определённого возраста человек и шимпанзе развиваются абсолютно одинаково. Но в возрасте примерно двух лет человек уходит вперед. А точнее говоря, обезьяна останавливается. Почему? Потому что у человека есть такая фишка, как мышление, которое позволяет человеку оперировать образами и понятиями. А у животных этого мышления нет, и потому для животных каждый объект уникален и неповторим. Если собака увидела человека, то она не ассоциирует его с другими людьми, для собаки человек – это просто объект, как любой другой человек, или любое дерево, камень, дом. Видимо, из-за этого животные запоминают объекты навсегда, они не объединяют отдельные объекты в понятия и образы. И именно из-за этого животным просто не хватает памяти на процессы размышления. Поведение животных – это интересно, даже очень, но с точки зрения человеческого восприятия – не очень понятно. Трудно же осознать, что животные не мыслят понятиями. Или что они существуют в двухмерном пространстве. Это трудно представить. Зато легко себе представить своеобразность мышления человека. Основа мышления – это понятие. Есть понятие «человек», а это значит каждый новый объект, ассоциирующийся с понятием «человек», будет отнесён к этому понятию. «Дерево», «камень», «цветок», «справедливость»… Каждый человек имеет свой собственный образ под каждое из этих понятий. И размышляет, уже оперируя не объектами, а понятиями. И формирует своё отношение не к конкретному объекту, а к понятию. «Вы любите цветы?» – вполне нормальный человеческий вопрос. Не конкретный тюльпан, а вообще цветы. Но при этом в голове у каждого возникает образ некоего цветка (я при слове «цветок» почему-то представляю себе ирис). И своё отношение к цветам, как к понятию, человек склонен формировать по отношению к образу цветка, то есть к чему-то конкретному.
Так устроены человек и его мышление. Основа – это понятие. И потому сколь бы политкорректными мы ни были, и сколько бы вслух не утверждали о том, что к каждому человеку следует относиться как к отдельной личности, в реалиях же постоянно грешим обобщениями. При слове «негр» отчего-то не представляется Барак Обама, или Мартин Лютер Кинг. Я понимаю, что есть множество негров-учёных, негров-писателей, негров-архитекторов, но отчего-то они не формируют в моей голове образ негра. В голове возникает совсем другой образ. То же самое можно сказать о любых других понятиях, связанных с группами или обществами людей. На каждое из этих понятий есть образ, который и есть восприятие человеком этой группы людей. Возникающий образ формирует отношение человека к понятию. Ксенофобия и расизм – есть продукты образного мышления человека.
А вот у собак расизма не бывает.
(3 votes, average: 4.33 out of 5) Loading ...
Несколько лет назад одна девочка уезжала учиться в Англию. Она выбрала специальность «урбанизационное планирование». Несколько лет назад кто-то в стране запланировал будущую потребность специалистов по урбанизационному планированию. Слава планировщикам! Действительно, экономические и политические процессы в стране меняют демографию. Сельское население уменьшается, городское – растёт. (Перепись населения, как обычно, безбожно врёт – это все видят своими глазами.) Перемещение огромных масс людей из аулов в города не проходит бесследно, оно сопряжено со множеством возникающих при этом проблем. В первую очередь это касается проблем жилья и работы. А через десять лет возникнут проблемы дефицита школ и больниц. А через двадцать лет – ещё какие-то проблемы. Для того, чтобы проблем было меньше, и требуются специалисты по урбанизационному планированию.
Однако, мало планировать, нужно ещё эти планы в жизнь претворять. А вот тут возникают противоречия с внутренней политикой. Долгосрочное планирование подразумевает многолетнее исполнение планов, пусть даже и откорректированных. Но частота смены исполнителей не позволяет реализовывать долгосрочные программы. По большей части исполнительные власти будут стараться претворить в жизнь какие-то короткие проекты – поменять бордюры, отремонтировать фонтаны, провести сезонный ремонт дорог, озеленить город. Или, что ещё хуже, исполнительная власть может так откорректировать долгосрочные программы, что они превратятся в не связанный между собой набор коротких проектов. Таким примером может служить застройка города, ставшая памятником алчности (не только властей, но и тысяч спекулянтов). Государство в лице городской власти желает сбросить многие проблемы на самих горожан. В чём-то это имеет смысл. Однако, есть проекты, которые не могут быть реализованы частным инвестором по причине даже не дороговизны, а прежде всего долгосрочности и государственной важности. К таким проектам я отношу многоуровневые паркинги и общежития для приезжих. Паркинги пытаются строить частники. Но это совершенно неприемлемо для частника. Частник всегда желает скорейшего возврата инвестиций, и потому ставит такую стоимость парковки, чтобы обеспечить себе возврат в первые же год-два эксплуатации. Вместе с тем, в моём понимании, возвратность средств в таких проектах должна измеряться десятками лет. Да и забитость города машинами – разве это не муниципальная проблема?
То же касается и общежитий для приезжих. Десятки тысяч людей приезжают в город с целью найти работу и зацепиться. Если работу худо-бедно ещё можно найти, то проблема жилья решается совершенно нецивилизованно. И плюс ко всему ещё и бесконтрольно. Государство опять сбрасывает проблему утопающих на самих утопающих. Что в итоге? В итоге в съёмных квартирах теснится по множеству людей. Они нигде не учитываются. Никто не знает, чем они занимаются. Хвалёная казахская налоговая система теряет их из виду. Часть приезжих скатывается на кривую дорожку. Десятки тысяч людей воспринимают своё существование как временное. Полная социальная незащищённость. Отсутствие медицинского обслуживания. Брошенные в роддомах дети. Всё это аукнется уже лет через пять-десять. Возьми государство на себя проблему жилья – этого бы не было. Или же накал проблем был существенно ниже. А ведь всего-то надо строить общежития и дёшево сдавать их тем, кто в перспективе станет полноценным гражданином города. Однако у нашей власти мышление временщика – сегодня – аким, а завтра – министр. Баланс личных целей и должностных обязанностей явно не в пользу последних. Возможно, поэтому и уделяет местная власть своё основное внимание бордюрам и цветочкам, вроде бы как и на виду, и занятость какая-то есть. А что будет с городом через 5 лет, это мало кого волнует, потому что через 5 лет нынешняя власть города стопроцентно будет где-нибудь в другом месте. Но не в нашем городе.
Через какое-то время с учебы вернётся девочка, обучающаяся по специальности «урбанизационное планирование». Надеюсь, она будет востребована.
(5 votes, average: 4.80 out of 5) Loading ...
По утрам развожу детей. Дом – садик – школа – дом. Подъезжаем к садику – мимо нас проходят детдомовские дети – идут в школу. Так было и вчера. Значит, сейчас должен пройти лысый мужик в костюме – точно, вот он идёт. Выруливаю на перекрёсток, на разворот заходит зелёный Jeep – вчера между нами машин не было, а сегодня одна встряла. И так каждый день – одни и те же люди, одни и те же машины. Режим стандартный у всех, отличия в секундах. Вчера лысый с детдомовскими встретился на двадцать метров позже – это секунд 10 времени. Выруливаю на Тимирязева, светофор уже выключен – стоит постовой. Один и тот же каждый день. Да уж, если у меня каждый день одни и те же лица, так поди этот постовой всех давно уже в лицо знает. Так-с – красная Jetta, следом два чёрных Land Cruiser-а, потом белая Camry, потом опять два чёрных Land Cruiser-а, потом синий Maverick (это я, салам тебе гаец неприкаянный), потом три чёрных Land Cruisera, розовый RAV-4 и-и-и-и-и стоп! теперь в другую сторону пускаю… Каждый день одно и то же.
(5 votes, average: 5.00 out of 5) Loading ...
Размышляя об индивидуализме, я придумал образное сравнение людей с цветными точками. Каждый человек – это точка определённого цвета, а общество – это совокупность всех этих точек. Если все точки одинаково серы, то общество так и будет серой однородной массой. Но если, допустим, каждая личность индивидуальна, причём по своему, то это означает множество точек самого разного цвета. Миллион цветных точек. Но в случае, когда все эти точки разрознены и не объединяются в некие сообщества, миллион цветных точек дают точно такую же серую однородную массу, как и миллион серых точек. Теперь допустим, что синие точки начинают концентрироваться в одном месте. Они становятся заметными – все вокруг уже видят синее пятно. Синее пятно на сером фоне? Нет! Отток синего цвета из общей серой массы приведёт к тому, что оставшаяся часть станет жёлтой. Она не будет серой. Ещё более конкретизированный пример – если есть точки чёрные и белые, то в смешении они будут серыми, а при концентрации в одном месте лишь белых точек оставшаяся часть будет чернеть. Диалектический закон. Выделение одного цвета – есть не только поиск себе подобных, но и неизбежное противопоставление себя другим. Создается некая конфронтация. Кто не с нами – тот против нас. Казалось бы, в обыденной жизни «другой» – это не значит «против». «Другой» – это всего лишь другой, и не более того. Но в данной образной схеме выделение одного цвета – это неизбежное противопоставление другому цвету. Выделился чёрный – значит, оставшаяся часть неизбежно побелеет. Фашист – антифашист. И третьего не дано. В данной схеме «другой» означает «против», потому что больше ничего другого нет. Если альтернатива жёсткая, то это явное противопоставление. Но, допустим, в общей серой массе выделяется не только синий цвет, но и жёлтый, и красный, и фиолетовый, и оранжевый. В этом случае явного противопоставления одного другому нет. Все становятся обозначенными, но при этом не находятся в конфронтации. Масса становится яркой и цветной. Много разных цветов, выделенных в отдельные пятна, это вроде бы как здорово. Инакость – не обязательно противопоставление. Но и противопоставлением быть тоже может. Если нет множественной альтернативы.
В таких рассуждениях однопартийность в моей стране выглядит не есть зер гут, потому как однопартийность создаёт систему – «кто не с нами,…»
(3 votes, average: 5.00 out of 5) Loading ...
В «Планете обезьян» главная мысль проста настолько, что её совершенно не видно за нагромождениями эффектов и удивительных событий. А мысль эта такова – в экстремальной ситуации обезьяны выжили и развились, а люди – нет. Почему? А потому, что обезьяны были обучены обучаться (а значит, выживать и развиваться), а люди в сложных ситуациях не стараются думать об имеющихся выходах – люди просто ищут помощь, людям главное – прорваться к своим. При возникновении проблем люди всегда склоняются к варианту перекинуть эти проблемы на кого-нибудь третьего. Меня часто спрашивают, а те, кто постарше, даже ругают за то, что я всюду езжу один, что в горах ночую один. Так нельзя – говорят мне сёстры, – а вдруг что случится. Хорошо, – отвечаю я, – допустим, что-то сейчас случится, и что тогда толку мне будет от вас? Семь женщин смотрят на меня. И вправду, какой от них толк? Моральная поддержка? Как бы их самих успокаивать не пришлось. Вот поэтому-то я и езжу один, и в горы хожу один. Но это не значит, что я такой крутой, что я сам решаю все проблемы. Нет, что вы, я, конечно, стараюсь быть ближе к «обезьянам», но всё равно большинство проблем сбрасываю на других. На тех, кто должен решать эти проблемы в силу занимаемой социальной ниши. В людях столетия цивилизации выработали стремление сбросить на кого-то другого проблемы. И оттого появились кланы профессиональных «отвечающих» – спасателей, пожарных, врачей, и даже ментов. Люди при возникающей проблеме принимают лишь одно решение – «прорваться к своим», к тем, по долгу службы будет за вас «отвечать». В одиночку, или даже в малой группе, человек не выживает – он к этому просто не готов. Он не готов к существованию без «профессиональных отвечающих».
(9 votes, average: 5.00 out of 5) Loading ...
