Бизнес укрупняется. Сети заправок приходят на смену мелким одиночкам. Крупные супермаркеты теснят комки. Нацбанк выдавливает с рынка мелкие банки второго уровня. Всё целенаправленно изменяется в сторону укрупнения. Крейг Лейбовиц, исследователь Интернета, выводит формулу – 60/150, что означает, что 60% всего контента мирового интернета создаётся 150-ю компаниями. С посещаемостью, я так полагаю, ситуация ещё более перекошена. Могу предположить, что процентов 80, а то и 90, всех посещений получают те же 150 компаний. Всё укрупняется. Призывы к созданию МСБ не находят отклика в том числе ещё и потому, что потенциальный владелец мелкого или среднего бизнеса видит, что перспективы у МСБ невеликие и недолгие. Какие же следствия и причины укрупнения бизнеса?
1. Крупная компания никогда не будет транспарентной. Что на самом деле происходит в крупных компаниях не знает никто. Аудит, будь то внутренний или внешний, не даёт истинной картины происходящих событий, так как стоит на службе у тех, кто платит деньги. Я был свидетелем, как аудиторы компании из Большой тогда ещё Пятерки всего лишь за пять тысяч долларов нарисовали ту картину, которая от них требовалась. Нельзя верить ни одному аудиторскому заключению, потому что они служат не истине.
2. Истина же в том, что в крупных компаниях бонусы топ-менеджмента зависят от «нарисованной» прибыльности. Примеры лихих премий руководителей как западных гигантов, так и наших национальных компаний, вполне доказывают то, что ради прибыли не реальной, но показанной, менеджеры могут пойти на многое. И, кстати, идут, не взирая ни на что (см. историю AIG или Казахтелекома).
3. Поскольку прибыль «рисуется», могу предположить, что на реальную прибыль обращается не такое уж и большое внимание. Косвенным примером служат зарплаты не только топ-менеджеров, но и среднего звена. Плюс неактивная борьба с воровством. Думаю, даже те компании, что прибыльны в действительности, могли бы при желании увеличить эту прибыль значительно. Но, как мне кажется, таких компаний не так много. Более того, пессимизм последних месяцев заставляет меня думать, что весь (!) крупный мировой бизнес убыточен.
4. Для рядового потребителя укрупнение бизнеса почти ничего не значит. При этом потребителю укажут, что укрупнение проводится в интересах потребителя, а он, потребитель, при этом только выиграет. Такое уведомление потребителя далеко не обязательно, потому как «пипл и так схавает и никуда не денется». Потребитель никогда не выступит за укрупнение бизнеса. За укрупнение бизнеса всегда выступает тот, кто при этом выигрывает. То есть, менеджмент укрупнённого бизнеса. Укрупнение бизнеса приводит к тому, что единицы персон полузаконно и незаконно прибирают к рукам то, что некогда принадлежало многим.
5. Итого, тенденция. Менеджеры укрупняют бизнес в своих, даже не корпоративных, но персональных, интересах. При этом бизнес в обязательном порядке показывается прибыльным. Что же происходит на самом деле, никому не известно. И очень часто (я боюсь сказать «всегда», но думаю именно так) этот укрупнённый бизнес убыточен. Такое сумасшествие закручивает спираль инфляции, которая покрывает истинную картину.
6. В журнале «National Geographic» прочитал, что за всю историю человечества было добыто 164 тысячи тонн золота. Из них более половины – за последние 50 лет. Много золота потребляет электроника. Но всё же мне думается, что немалую роль сыграло и укрупнение бизнеса. Укрупнение бизнеса приводит к укрупнению капитала в единичных руках. Капитал этот не работает, он создаёт дополнительную инфляцию, вкладываясь в недвижимость, ценные бумаги и золото. Итого крупные деньги в одних руках обесцениваются, и точно также они обесцениваются и во всех прочих руках. Что есть совсем не хорошо для тех, у кого капитала на руках и без этого всё меньше и меньше. Причём меньше – именно за счёт укрупнения бизнеса.
7. Когда-то в 2000 году, 14 июня, я был свидетелем выступлений антиглобалистов в Лондонском Сити. Началось всё как мирная демонстрация, даже без лозунгов. Так, прогулка под летним солнышком. Но господа банкиры знали, чем всё это кончится и заблаговременно либо покинули рабочие места, либо начинали строить баррикады. И правильно делали, потому что ближе к вечеру демонстранты посбивали пожарные гидранты, перебили «Макдональдсы» и пожгли салоны «Мерседеса». Несладко пришлось и пойманным толпой служителям крупного бизнеса. Хотя они-то, собственно, ни в чём и не были виноваты.
Loading ...
Лучший способ проверки финансового аналитика – это дать ему деньги и сказать – браток, это деньги, так сказать, тебе на прокрутку, но есть одно «но» – и выигрыш твой, и проигрыш твой. Как в Форексе. Это твоё плечо, с которым ты можешь делать что хочешь. Всё зависит от твоих знаний, от твоего чутья. Как хочешь, так и ими и распоряжайся, но, как сам понимаешь, можешь и попасть, и тогда ответишь по полной катушке, а можешь и навариться круто, тут уж всё чистяк твое. Вот такое, брат, предложение. Теоретизация на чужих капиталах – в чистом виде схоластика. Персональная ответственность, обеспеченная собственным имуществом и здоровьем, заставит человека 100 раз задуматься, прежде чем что-то посоветовать другому.
Как развивался рынок заправок? Вначале появились одиночные точки, где частники начали в меру своих способностей продавать водителям бензин. Дело это было выгодным, и постепенно появилась среди заправок конкуренция. Кто-то смекнул, что зарабатывать надо не за счёт недолива одного литра каждому клиенту, а за счёт потока и бодяженья топлива. Для того, чтобы получить поток, некоторые частники стали покупать новое оборудование и даже асфальтировать площадки, а кто-то даже всё это облагораживать крышей и прочим антуражем. Клиент, естественно, попёр туда, где не надо быковать за последний литр, туда, где сухо и нет грязи. Кому-то сейчас, наверное, это кажется смешным, но реально все заправки были как «НарОйл» и даже хуже. Потом из среды заправщиков выделились те, кто был шустрее и, скорее всего, имел доступ к кредитам. Эти ребята стали скупать чужие заправки и ставить новые, создавая свои сети. В сознании обывателя всегда есть мысль, что если существует сеть заправок, то топливо во всех точках сети должно быть одинакового качества и по одной цене. И то, и другое ложно, но сознание обывателя – это основа маркетинга, и потому сети заправок стали процветать. Вот это самый важный момент. Это ключевой момент, можно сказать. До этого момента в заправочном бизнесе были только заправщики. Но, как только стало ясно, что в этот бизнес могут зайти большие капиталы, и эти большие капиталы могут приносить большие прибыли, то этот рынок перестал быть рынком только лишь заправщиков. Самые умные и хитромудрые из заправщиков продали вновь входящим свои сети или одиночные точки. Потому что при вхождении больших капиталов большие доходы уходят. Если для владельца какого-либо единственно имеющегося бизнеса доходность, скажем, в 15%-20%, мала, то для чьего-то неосновного, побочного бизнеса такая доходность вполне удовлетворительна.
