Между казахами и узбеками есть некое вечное соперничество, которое среди приятелей выражается в виде дружеских подколов, а в интернете очень часто выливается во взаимные оскорбления. Отношения и впрямь не очень простые, особенно учитывая очень крупные диаспоры в обоих государствах. Эти диаспоры играют свою роль, и, по моему мнению, не всегда эта роль положительная. Вместе с тем, отношения двух этносов подчас мало касаются отдельных личностей. У моего сына есть друг – узбек. Отец мальчика таразский узбек, а мама – ташкентская узбечка. То есть, мальчик этнически чистый узбек. Но как-то сын мне сказал, что Азиз не чувствует себя узбеком, он больше ощущает себя казахом. В принципе, это вполне объяснимо, парень живёт в среде, где подавляющее большинство – казахи, и все вокруг относятся к нему как к казаху. Если бы он не говорил, что он узбек, все бы продолжали думать, что парень казах. Через какое-то время я вспомнил свою ташкентскую молодость, и мне на память пришёл ряд эпизодов, в которых я, казах, ощущал себя если не узбеком, то, по крайней мере, какой-то частью узбекской общности. То есть, в какие-то моменты я ощущал единение с узбекским народом. Хотя при этом я и не забывал, что я – казах. Первоначально такие самовосприятия могут показаться кому-то странными и даже почти предательскими, но реально же в них нет ничего необычного. Миллионы украинцев на Дальнем Востоке считают себя в большей степени русскими, чем украинцами. И это не воспринимается как нечто особенное. Причастность к какому-то этносу определяется не только генами, но и общностью бытия и собственным восприятием.

Прикол. Моя первая жена, узбечка. Она как-то рассказывала про эпизод в магазине и произнесла такую симптоматичную фразу: «В очереди стояли три казашки: две женщины и я».
Примазываются к великому казахскому народу…