Подумал 25 Май 2009

Оказывается есть в Алма-Ате «Казахский научно-исследовательский институт по проблемам культурного наследия номадов». Здоровское название! Я не знал, что у культурного наследия номадов есть проблемы. И ещё не знал, что слово «номад» уже вытеснило слово «кочевник». Хотя возможно, что для кого-то эти слова имеют различные значения. Ну да ладно, не буду заниматься схоластикой. Хотя обалденное название так и подмывает пройтись по каждому слову в отдельности и всему названию целиком. «Казахский научно-исследовательский институт по проблемам культурного наследия номадов». Высший класс!

А вообще я рад, что такой институт есть. Это же здорово, что кто-то внутри страны номадов (пусть хотя бы и бывших) решил, так сказать, изнутри посмотреть на кочевую культуру предков. Это мы привыкли к тому, что у кого-то дедушки-бабушки, а у кого-то даже дяди-тёти вели кочевой или полукочевой образ жизни. Привыкли к оставшимся из той жизни юртам на праздниках и камчам на стене, да вот ещё и к трайбализму. Мы привыкли к существованию кочевой культуры, как привыкли к горам и степи. Как к воздуху. А ведь на самом деле кочевая культура – это уникальное явление, со своим нестандартным мировоззрением и системой ценностей, резко отличающейся от всего того, к чему остальной, осёдлый мир привык и что знает. И изучение почти ушедшей кочевой культуры – это знак уважения к ней и попытка осмысления того, что от неё осталось. Но больше всего меня радует то, что не какие-нибудь буржуины приезжают и исследуют культуру кочевников, как изучают они индейцев и аборигенов, а то, что мы сами взялись за изучение собственного культурного наследия. Ну, или хотя бы «проблем культурного наследия».